головна » статті

Цензура по-бердянски

02.08.2019

Напомним, что буквальный перевод с латыни термина «цензура» означает «строгий разбор», «суровая критика». Однако в социальной практике столь невинные действия стали ассоциироваться с системой государственного (и иного) надзора за печатью и другими СМИ, с отсутствием или ограничением свободы слова, печати, гласности.

Как известно, первые попытки в Российской империи несколько ослабить государственную, церковную и ведомственную цензуру были предприняты в ходе реформ 60-70-х гг. ХIХ века. Этот процесс продолжился в период революции 1905-1907 гг.

Однако хотя предварительная цензура для периодических изданий была изъята, но продолжали существовать определенные ограничения со стороны государства, нарушение которых могли привести к штрафам, административным преследованиям вплоть до приостановки и закрытия СМИ по представлению соответствующей службы.

В Бердянске такие полномочия были у чиновника, носившего официальное звание «наблюдающий за печатью», Михаила Александровича Солодилова, являющегося одновременно «помощником Бердянского уездного полицейского исправника» (т.е. вторым лицом в местной полицейской иерархии), что для властей было очень удобно в плане борьбы с оппозиционной прессой («Весь Бердянск и его уезд». Бердянск: Бердянские новости, 1911).

После падения царизма в феврале 1917 года цензура практически исчезла. Не вдаваясь в подробный экскурс по данной теме, подчеркнем, что несколько месяцев отсутствия идеологической и политической цензуры со стороны властей (ограничивалось распространение сведений военного характера, гостайны и т.п.) дали бердянским СМИ по сути долгожданную свободу. Вполне объяснимо, что попытки леворадикального крыла Бердянского Совета вновь установить цензуру для местной прессы, о чем будет идти речь ниже, были встречены в штыки.

В контору редакции «Известия Бердянского Совета Рабочих и Солдатских депутатов», в дом Головневой на углу Азовского проспекта и Республиканской улицы летом-осенью 1917 года довольно часто наведывались члены Совета большевики А.Дюмин, Р.Тольмац, А.Егоров. Они проверяли свежие гранки выступлений депутатов, при необходимости правили их, давали указания на размещение материалов в предстоящих номерах.

Также постоянно они контролировали деятельность редакции кооперативной, независимой, оппозиционной газеты «Бердянская жизнь» (себя позиционировала как «общественная, радикально-прогрессивная газета», редактор М.С.Эльштейн), которая являлась преемницей закрытых «за контрреволюционную деятельность» либеральных «Бердянских новостей». Практически в каждом номере депутаты находили материалы, по отношению к которым ими выносился приговор: «Это надо заменить». Возражения редактора Каменева во внимание не принимались. 

Цензурные требования особо усилились накануне уездного крестьянского съезда (13-19.08.1917 г.). При Совете была создана специальная комиссия, которая поставила цель систематически бывать в селах, вести агитационную и организационную деятельность, в том числе распространяя газетные материалы. 29 октября 1917 года председатель Совета Н.Киселенко (на снимке в центре) заявил на заседании Совета решительный протест по поводу цензуры большевиков над оппозиционными изданиями (по мнению А.Дюмина, участвовавшего в прениях, он «...лил крокодиловые слезы»).

Выступая 7 ноября 1917 го-да на Бердянском уездном совете крестьянских депутатов, Н.А.Киселенко, резко критикуя политику большевиков и их левых союзников, заявил: «Большевики говорят о свободе, а сами закрыли социалистические  и другие газеты... Вы ввели цензуру... Вы закрыли все газеты. Вы восстановили  цензуру, да такую, какая не была даже при Николае II...» («Известия Берд. С.Р. и С. деп.», 09.11.1917 г.).

После переформатирования Совета в начале декабря 1917 года большевики приобрели практически монопольное влияние на редакционную политику «Известий» («Південна зоря», 8.08.1967 г.; 11.08.1967 г.; 3.11.1967 г.).

10 января 1918 года «Известия» опубликовала статью «О слухах», автор которой, скрывшийся под  литерами «З.Г.» (по-видимому, текст принадлежит З. Горбенко (на снимке справа) – прим. авт.), по сути, хотя и косвенно, признает замалчивание фактов «Красного террора» официальной прессой: «Темные, упорные слухи ходят по городу. Говорят об убийстве видных вождей революционной демократии, об ужасах, творящихся в Петрограде, о зверствах, якобы чинимых там, и т.д.». 

Отвечал на вопрос: «Почему газета молчит, не реагирует на все происходящее? (т.е. власть цензурирует и информацию – прим. авт.); «З.Г.» ссылается на недостаток проверенных сведений: «Достоверно ничего не известно... тяжела работа печати в условиях оторванности, неведения, но в этих условиях на путь сенсации... мы не станем», и призывает: «...глубоко верить в мощь Советской власти». («Известия Берд. С.Р. и С. деп.», 10.01.1918.).

На заседании Совета в январе 1918 года председатель А.Дюмин (на снимке слева) предложил рассмотреть вопрос о типографии и редакционной коллегии, т.к., по его словам, «Известия» должны выражать взгляды большевистского Совета, поэтому руководить ею могут только большевики и левые эсеры («Известия Бердянского Совета Рабочих и Солдатских депутатов», 18.01.1918 г.). 14 января 1918 года Совет установил свой контроль над газетой «Известия» и типографией, была утверждена новая редакционная коллегия, в состав которой вошли        П.Оболтусов (большевик), З.Горбенко (левая эсерка), В.Энгель (меньшевик) («Південна зоря»: 23.12.1967 г.; 27.08.1976 г.).

Еще более суровой стала цензура материалов «Бердянской жизни». Совет запретил распространять газету на курорте, где лечились солдаты-фронтовики. Несмотря на противодействие такому давлению со стороны  журналистов и в первую очередь меньшевика В.Баранчика, первого редактора «Известий» («Південна зоря», 23.10.1987 г.), в конечном итоге Совет запретил издание оппозиционного антибольшевистского печатного органа.  

К слову, несколько штрихов к политическому портрету В.И.Баранчика, местного общественного деятеля, члена Бердянского Совета рабочих и солдатских депутатов, гласного городской думы (1917 год), члена городского комитета РСДРП (объединенной). 9 июля 1917 года В.Баранчик выступил на заседании Бердянского совета рабочих и солдатских депутатов о проверке отсрочек для военнообязанных, о чем сообщалось в первом номере газеты «Известия Бердянского Совета Рабочих и Солдатских депутатов»; 30.08 на общем собрании социал-демократов был выдвинут кандидатом в состав городского комитета РСДРП, а     16.09 был избран в состав городского комитета; 2 сентября 1917 года на совещании гласных городской Думы избран в состав финансовой комиссии; 15. 09 участвовал в заседании избирательной комиссии по выборам в Упредительное Собрание, в октябре 1917 г. был избран членом Бердянской городской комиссии по выборам в Упредительное Собрание от гласных городской Думы; на заседании городской Думы 21 сентября 1917 г. выступил по вопросу организации Попечительских советов в учебных заведениях и предложил отложить их создание до принятия соответствующих документов Министерством просвещения; также доказывал, что лишить руководителей гимназий К.Т.Калабановского и Е.В.Венцель жалования, о чем настаивали гласные лево-радикальных взглядов, невозможно без распоряжения Министерства; на собрании организации партий меньшевиков 22.09.1917 года был избран делегатом на конференцию Крымского Совета по выборам в Учредительное Собрание, о результатах конференции выступил с докладом первого сентября на 1-й Бердянской конференции меньшевиков; 07.10 В.И.Баранчик выступил с докладом о выборах в Учредительное Собрание на городском собрании меньшевиков; с этой же темой редактор «Известий» выступил на заседании Бердянского Совета рабочих и солдатских депутатов 22.10, а также на заседании городской Думы   9 ноября 1917 г. («Известия Бердянского Совета Рабочих и Солдатских депутатов»: 12.07, 01.09, 05.09, 19.09, 23.09, 24.09, 07.10, 25.10, 12.11.1917 г.).

После того, как редакция опубликовала ранее запрещенный Советом материал, исполком принял следующее постановление за № 217 от 27.01.1918 года: «Срочно! Бердянскому кооперативу «Печатное дело». Настоящим доводится до вашего сведения, что на заседании от 28 января исполнительный комитет Совета постановил: газету «Бердянская жизнь» с 28.01.1918 года закрыть и издание любого другого печатного органа кооперативному обществу запретить». Постановление подписал председатель исполкома А.Дюмин («Бердянская жизнь», 30.01. 1918 г.).

Поэтому понятны и открыто враждебное отношение к леворадикальному Совету, и сочувствие к восстанию 18 апреля 1918 года, и красочное описание «ужасов» обстрела города 24 апреля на страницах «Бердянской жизни» от 26.04.1918 г. Вместе с тем подобное политическое ангажирование исключает главные принципы свободной (информационной, а не пропагандистской) журналистики: объективность и беспристрастность и, заметим, в результате ставит под сомнение саму публикацию как достоверный  и надежный исторический источник, повествующий о событиях в Бердянске 18-24 апреля 1918 года.

Надо ли напоминать читателям о том, что в условиях господства коммунистической идеологии цензура в виде специальных органов (обллиты, гослиты и т.п.), находящихся под контролем партийного руководства и госбезопасности, стала всемогущим и тотальным институтом. И любое, даже малейшее отклонение от директивных требований для журналистов могло закончиться либо партийными проработками и взысканиями (в лучшем случае), либо возбуждением уголовного преследования за антисоветскую деятельность, что также не исключалось.

Приведем несколько фактов 70-летней давности цензурных преследований побердянски. Газета «Большевик Запорожья» за № 60 в 1946 году публикует разгромную статью «Редакционные натуралисты». Процитируем отрывки из этой публикации, посвященной бердянской газете. «Більшовицька зірка», увлекаясь «Блокнотом натуралиста» (имеются в виду материалы А.Огульчанского на краеведческие темы – прим. авт.), совершенно забыла об основной своей задаче – мобилизации колхозников района на своевременную подготовку к весеннему севу... Общая площадь всех январских материалов, посвященных этим вопросам, едва ли превышает площадь двух статей «О зозуле», «Особенностях зимовки птиц в этом году» ... газета совершенно обошла молчанием областное совещание передовиков сельского хозяйства». «Без души и огонька газета повествовала о достижениях и недостатках прошлого сельскохозяйственного года». «Сельскохозяйственная тематика... носит случайный, поверхностный характер». «Скучно и поверхностно осветила газета районное совещание передовиков сельского хозяйства». «... формальное отношение к важнейшей тематике..., зато помещена большая в 60 строк петита статья «Про редких птиц, зверей и рыб». Автор делает убийственный вывод: «Как много любви у редакции «Більшовицької зірки» к редким птицам, и как мало большевистской заботы о колхозном селе».

К чести редакции газеты, несмотря на столь жесткую критику, она продолжала печатать материалы на «человеческие» темы (краеведческие, погодные условия, бытовые проблемы и т.п.), а Л.М.Пейсахович  с 23.09.1946 года из «виконуючого обов’язки» стал «відповідальним редактором».

В 1951 году под залп партийно-цензурной критики попало местное радиовещание. Примечательно, что удар нанесли коллеги: в «Більшовицькій зірці» была опубликована редакционная статья, некоторые выдержки из которой приведем ниже (символично, что газету от 14.09.1951 года подписывал редактор, носящий «говорящую» фамилию П.М.Костоломов). Работники редакции радиоинформации «... готуючи виступи місцевих авторів, безвідповідально ставляться до ідейно-політичного змісту... лекцій та матеріалів». В подтверждение этого обвинения приводится несколько случаев: 7.08.1951 года по радио прозвучала лекция штатного пропагандиста райкома КП(б)У М.Попова на тему «И.В.Сталин – вождь и руководитель советского государства...», «...в лекції припущено ряд таких перекручень, неприпустимих спрощень і невірних трактовок, що їх не варто й наводити».

21 августа с лекцией по местному радиовещанию на тему «Советский патриотизм – движущая сила социалистического общества» выступил лектор городской лекторской группы Баштовой. «В цій лекції припущено також сер-йозні хиби. Лекція надто однобока».

В августе транслировалось выступление по радио директора местного краеведческого музея Ефима Дмитриевича Лисогорского (Лісогурського – «Більшовицька зірка», 14.09.1951 г.). «В цьому виступі переплутані історичні події, дані неправильні і неохайні політичні формулювання». И, наконец, самое страшное «преступление»: «Мають місце і неприпустимі перекручення у викладанні змісту окремих сталінських вказівок». Одна из которых: «Собрал вовремя урожай – выиграл, опоздал со сбором - проиграл». В информации 1 августа это эпохальное указание было изложено так: «...убрал вовремя – выиграл, не убрал – проиграл». Газета делает провокационный вывод о том, что эти случаи – результат «політичної короткозорості працівників редакції і перш за все уповноваженого облкомітету радіоінформації по м. Осипенко тов. Кулікова та літературного секретаря тов. Кочкурова».

Подчеркнем, что и публикации в «Більшовицькій зірці», и тексты, переданные по местному радиовещанию, прошли предварительно через цензурное «сито» и были разрешены для публичного ознакомления. Последнее обстоятельство не помешало партийным идеологам подвергнуть СМИ, по сути, вторичной цензуре, к счастью, без трагичных последствий для «заблудших».

Помимо открытой цензуры, существовала и скрытая: умолчание, искажение фактов. Так, «Південна зоря» 8.02.1976 года публикует подборку фотографий городских зданий, среди них снимок стены дома, разрушенного в ходе обстрела Бердянска 22 апреля 1918 года черноморскими моряками-анархистами, со следующим комментарием: «На знімку... зруйнована снарядом стіна будинку № 54, який в 1918 році стояв на вулиці Італійській... Цей будинок одержав рану у вогні громадянської війни і нині він стоїть як живий свідок далеких боїв з білобандитами... Знімок 1918 року з колекції ... О.М.Ломоносова».

Сергей БОРИСОГЛЕБСКИЙ

ОтменитьДобавить комментарий

Реклама