головна » статті

Компартийная «охота на ведьм»

15.08.2019

Периодически, получив соответствующие директивы (решения пленумов, съездов, вышестоящих компартийных органов),  «следуя линии партии», местные функционеры начинали «охоту на ведьм» в своей среде, переносили огонь с идейных (идеологических) врагов, особенно при их отсутствии в провинциальном Бердянске, на своих однопартийцев. При этом избранных на роль «козлов отпущения» не спасали ни предыдущие заслуги, ни партийный стаж: надо было только каяться и признавать реальные и надуманные ошибки и промахи в работе.

Некоторые случаи подобных «идейных разборок» становились достоянием гласности на страницах местной прессы. Обратимся к фактам при минимуме необходимых комментариев. В ноябре 1930 года в с. Ногайском обнаружено у члена партии Милосердова спрятанный «куркульський хліб – 120 пуд. пшениці».

Милосердова, как сообщает корреспондент, в прошлом исключили из большевицкой партии за связь с кулаками, однако это не стало ему наукой и он «як впертий куркульський захисник знову намагався заховати куркуля від бідняцького ока...». «Правоопортуністичний дворушник, куркульський захисник» Милосердов не случайно оказался в центре партийного внимания: ЦК ВКП (б) развернула кампанию борьбы с правым, кулацким уклоном», естественно, что правых оппортунистов нужно было выявить и в захолустном Ногайске.

«Ми вимагаємо від Ногайського партосередку рішучого відмежування від Милосердових та негайного вилучення куркульського агента з лав партії; заключає газета». («Більшовицька зірка», жовтень, 1930 р.).

В январе 1932 года под заголовком «Софіївські опортуністи зривали виконання хлібопланів» газета опубликовала информацию о постановлении президиума контрольной комиссии Рабоче-крестьянской инспекции по поводу факта невыполнения плана сдачи хлеба государству: на 01.01.1932 г. поставлено 60% пшеницы, а за первые 10 дней января 1932 г.  не вывезено ни одного килограмма хлеба. В условиях надвигающегося голода крестьяне саботировали процесс госпоставок. Высшее партийное коммунистическое руководство в Киеве всю ответственность переложило на местных партийцев: «Партосередок села Софіївки внаслідок правоопортуністичної лінії в роботі, підпадання окремих членів осередку під вплив куркуля виявив в себе нездатним здійснювати лінію партії... – тому партосередок села Софіївки розпустити».

Уполномоченному РВК, члену президиума контрольной комиссии т. Позу объявили строгий выговор с предупреждением. Секретарю партячейки Клименину, который «став рупором куркульських настроїв, за опортуністичну лінію в роботі...», объявили строгий выговор с предупреждением и отправили на производство, запретив на два года занимать ответственные партийные должности. Председателю сельсовета Ахчи за допущенную «праву практику» объявили строгий выговор с предупреждением и запретили на один год работать на ответственных должностях  в органах советской власти. Председателей колхозов Тильки, Сакронова и Карастоянова «за приховання (в колгоспах виявлено 12 куркулів) куркулів...» из рядов партии исключили, привлекли к уголовной ответственности. Прокуратуре поручили ускорить расследование по этому делу. («Більшовицька зірка», 12.01.1932 р.).

Любопытно, что 24 ноября 1930 года газета под лозунгом: «Рівняйтесь на Софіївку!» поместила материал, где сообщалось, что «лише одна Софіївка (из всех сел района – прим. авт.) виконала план оранки на зяб на всі 100 %... до 20 листопада» («Більшовицька зірка»). 

Обратимся вновь к газетным публикациям: «Вороги народу, які довгий час орудували в районній організації СВБ (Союз воинствующих безбожников – прим. авт.) всіляко шкодили на антирелігійному фронті, викривляючи лінію партії, культивуючи адміністративні перегиби, замість розгортання масової роботи, чим ображали релігійні почуття віруючих, вони розганяли безбожницький актив і прищеплювали зневажливе ставлення до антирелігійної пропаганди». В районе, писал далее автор статьи, подняли голову церковники и сектанты: «Вони дійшли до такого нахабства, що навіть збирали гроші з малих дітей на організацію молебня, щоб пішов дощ, і провели цей молебень, а сільські організації (парторг Проскурін) байдуже спостерігав це...». («Більшовицька зірка», серпень 1938 р.).

В период «большого террора», в конце 1937 года: «...по заявах наклепників бюро Бердянського РКП(б)У, яку очолював у той час ворог народу, безпідставно виключили з партії Кирилюс Є.І., бувшим секретарем райкому ЛКСМУ». Редакция газеты  «Більшовицька зірка», как сообщается в публикации, также допустила ошибку, поместив компрометирующие материалы о Е.Кирилюс, не проверив их. От себя добавим, что подобное извинение слишком слабое утешение для человека, судьба которого, а возможно, и сама жизнь, могли бы закончиться в лагере. Хотя понятно, что редакция газеты публиковала те «компрометирующие материалы», которые она получила от райкома партии и местного отдела НКВД и по их указанию. Комиссия партийного контроля ЦК ВКП(б), партколлегия по Украине постановили восстановить Е.И. Кирилюс в Компартии, установив, что предъявленные ей обвинения ничем не обоснованы: «...зв’язків з ворогами не встановлено». Ряд доносчиков установлено, – это враги народа, которые старались исключить из партии Е.И.Кирилюс. Привлекаются к ответственности те, кто остались не наказанными. («Більшовицька зірка», жовтень 1938 р.). Заметим, что бердянской комсомолке несказанно повезло: она не превратилась, как сотни тысяч других, в «лагерную пыль».

9 сентября 1946 года состоялся пленум горкома КП(б)У. С.Л.Стешенко, секретарь горкома, выразил озабоченность запущенностью работы по подготовке и воспитанию руководящих партийных и советских кадров, приведшей к значительной текучести кадров.

За 1945 год и 8 месяцев 1946 года в Бердянске, по словам докладчика, пришлось заменить 131 руководителя всех звеньев, причем 27 человек уволены как не оправдавшие себя на работе. «За цей час ми замінили 12 секретарів первинних парторганізацій, з яких т.т. Кетова, Іпатова, Таратанову, як таких, що не виправдали себе на партійній роботі. Увільнено від роботи зав. воєнним відділом МК КП(б)У тов. Червякова, 8 інструкторів міськкому (Шулакову, Косова і інших)». «Тільки наявністю сімейності в апараті, притупленням більшовицької пильності можна пояснити той факт, що бувший директор механічного заводу Уваров згуртував навколо себе шайку злочинців, в особі Белінського, Пахоменко і інших, які розікрали сотні тисяч карбованців державних грошей». «Притуплення більшовицької пильності проявляють комуністи змішторгу, і особливо директор торгу тов. Галкін і бувший секретар п/о тов. Сляднєва, а саме тут є багато випадків зловживань, крадіжок і т.ін.».

Оказалось также, что в городской парторганизации насчитывается 260 коммунистов, которые совершенно не повышают свой идейно-политический уровень, и в этом, по мнению секретаря горкома, – главная причина кумовства, перерождения, семейственности, хищений. «Неправильну позицію на пленумі зайняв зам. голови міськради тов. Калінкін. Замість того, щоб у своєму виступі викрити недоліки в роботі виконкому і розказати про власні помилки в роботі, тов. Калінкін став на шлях виправдування, говорячи,  що він працює непогано, що його неправильно обвинувачують в незадовільній роботі» («Більшовицька зірка», 13.09.1946 р.).

Спустя тридцать лет после описанных событий под огонь партийной критики попали ведущие, известные в городе медицинские работники. Пленум ГК КПУ, состоявшийся 16.01.1975 года и посвященный вопросам   идеологии, помимо прочих принял постановление: «...За порушення фінансової дисципліни і зловживання службовим положенням пленум вивів зі складу членів міськкому партії колишнього головного лікаря міської лікарні Гесика Й.Й. і оголосив йому сувору догану з занесенням в облікову картку». Напомним: следующим по иерархии существовавших в компартии наказаний было самое «страшное» для членов партии – исключение («Південна зоря», 18.01.1975 г.).

В конце 1970-х годов началась травля М.В.Шагинянца. В качестве первого тарана был запущен послушный партийной воле профсоюз. Президиум завкома профсоюза «Азовкабеля» за отсутствие контроля за сбором и хранением пищевых отходов объявил выговор главврачу санатория-профилактория М.В.Шагинянцу. («Південна зоря», 8.01.1980 г.).

Следующий удар был поручен прокуратуре. Прокурор С.П.Савицкий, выступая в газете, сообщил, что М.Шагинянц решил «…впорядковувати свою дачу за державний кошт». Прокурор города установил, что навстречу желаниям М.В.Шагинянца без колебаний пошел зам. директора «Азовкабеля» А.М.Блинов, выписав главврачу три кубометра пиломатериалов. «Заповзятий дачник виписав два кубометри дощок для профілакторію, які і завіз на свою садову ділянку. Доведеться тепер цьому лікарю-злодію тримати відповідь перед законом». («Південна зоря», 20.11.1981 г.).

В преддверии «перестройки» и в течение последующих нескольких лет, словно предчувствуя свой неминуемый крах, партийные функционеры усилили чистки и гонения против номенклатурных кадров. 

На снимке: И.И.Гесик (в центре) с председателем колхоза «Дружба» И.А.Иванченко и директором опытного нефтемаслозавода С.А.Степанянцем.

  (Окончание следует).

 Сергей  БОРИСОГЛЕБСКИЙ

ОтменитьДобавить комментарий

Реклама